Раз в холодный вечер длинный, 
С чашей пуншевой в руке, 
В тулуп скутавшись овчинный, 
Я сидел при камельке. 
И тогда как раздраженный 
Я на счастие пенял 
И все блага жизни бренной 
Суетою называл, 
Слышу — кто-то отворяет 
Двери в комнате моей, 
И вдруг Машенька вбегает, 
Как посол от жизни сей! 
Вмиг со мной в переговоры... 
И трактат уж заключен! 
Всё решили нежны взоры, 
И я в счастьи убежден! 

1817