Встарь, во время оно, 
В сказочном краю 
Пробирался конный 
Степью по репью. 

Он спешил на сечу, 
А в степной пыли 
Темный лес навстречу 
Вырастал вдали. 

Ныло ретивое, 
На сердце скребло: 
Бойся водопоя, 
Подтяни седло. 

Не послушал конный 
И во весь опор 
Залетел с разгону 
На лесной бугор. 

Повернул с кургана, 
Въехал в суходол, 
Миновал поляну, 
Гору перешел. 

И забрел в ложбину, 
И лесной тропой 
Вышел на звериный 
След и водопой. 

И глухой к призыву 
И не вняв чутью, 
Свел коня с обрыва 
Попоить к ручью. 

У ручья пещера. 
Пред пещерой брод. 
Как бы пламя серы 
Озаряло вход. 
И в дыму багровом, 
Застилавшем взор, 
Отдаленным зовом 
Огласился бор. 
И тогда оврагом, 
Вздрогнув, напрямик 
Тронул конный шагом 
На призывный крик. 
И увидел конный, 
И приник к копью, 
Голову дракона, 
Хвост и чешую. 
Пламенем из зева 
Рассевал он свет, 
В три кольца вкруг девы 
Обмотав хребет. 
Туловище змея, 
Как концом бича, 
Поводило шеей 
У ее плеча. 
Той страны обычай 
Пленницу-красу 
Отдавал в добычу 
Чудищу в лесу. 
Края населенье 
Хижины свои 
Выкупало пеней 
Этой от змеи. 
Змей обвил ей руку 
И оплел гортань, 
Получив на муку 
В жертву эту дань. 
Посмотрел с мольбою 
Bсадник в высь небес 
И копье для боя 
Взял наперевес. 
Сомкнутые веки. 
Bыси. Облака. 
Воды. Броды. Реки. 
Годы и века. 

Конный в шлеме сбитом, 
Сшибленный в бою. 
Верный конь, копытом 
Топчущий змею. 

Конь и труп дракона 
Рядом на песке. 
В обмороке конный, 
Дева в столбняке. 

Светел свод полдневный, 
Синева нежна. 
Кто она? Царевна? 
Дочь земли? Княжна? 

То, в избытке счастья, 
Слезы в три ручья. 
То душа во власти 
Сна и забытья. 

То возврат здоровья, 
То недвижность жил 
От потери крови 
И упадка сил. 

Но сердца их бьются. 
То она, то он 
Силятся очнуться 
И впадают в сон. 

Сомкнутые веки. 
Выси. Облака. 
Воды. Броды. Реки. 
Годы и века. 

1927