И вправду, угадать хитро, 
Кто твой читатель в мире целом: 
Ведь пущенное в даль ядро 
Не знает своего прицела. 

Ну что же, — в темень, в пустоту. 
— А проще: в стол, в заветный ящик - 
Лети, мой стих животворящий, 
Кем я дышу и в ком расту! 

На полпути нам путь пресек 
Жестокий век. Но мы не ропщем, - 
Пусть так! А все-таки, а в общем 
Прекрасен этот страшный век! 

И пусть ему не до стихов, 
И пусть не до имен и отчеств, 
Не до отдельных одиночеств, - 
Он месит месиво веков! 

29 октября 1931