И колокол в дупле часовенки пустой, 
И ослик с бубенцом, подвязанным под грудь, 
Внушали мне любовь своею красотой, 
Виднелись на просвет, просматривались вглубь. 

Вокруг питался юг безумствами долин, 
В саду среди хурмы шумела чайхана, 
Валялись на земле лимон и мандарин 
И бесподобный плод с названьем фейхоа. 

Вознаграждался труд лихвой фруктовых груд 
И умноженьем стад, идущих прямо в ад, 
В жаровню, на костер, на свой девятый круг, 
У них загробный мир — огромный комбинат, 

Их сок и жир течет, и начат новый счет, 
Прекрасный, сладкий дым уносится в трубу, 
И хочется свобод, и к жизни так влечет, 
Что никакая муть не омрачит судьбу 

Пускай устройство дней совсем оголено - 
До крови и костей, до взрыва Хиросим,- 
Продли, не отпускай! Узнаешь все равно, 
Что без моей любви твой мир невыносим.