На борзом коне воевода скакал 
Домой с своим верным слугою; 
Он три года ровно детей не видал, 
Расстался с женой дорогою. 

И в синюю даль он упорно глядит; 
Глядит и вздыхает глубоко... 
«Далеко ль еще?» — он слуге говорит. 
Слуга отвечает: «Далеко!» 

Уж стар воевода; скакать на коне, 
Как прежде, он долго не может, 
Но хочет узнать поскорей о жене, 
Его нетерпение гложет. 

Слуге говорит он: «Скачи ты вперед, 
Узнай ты, всё ль дома здорово, 
С коня не слезая, у самых ворот, 
И мчись ко мне с весточкой снова». 

И скачет без устали верный слуга... 
Скорее ему доскакать бы... 
Вот видит знакомой реки берега 
И сад воеводской усадьбы. 

Узнал обо всем он у барских ворот, 
И вот как опущенный в воду 
Печальные вести назад он везет, 
И жалко ему воеводу. 

«Ну, что?» — воевода скрывает свой вздох 
И ждет. «Всё в усадьбе исправно, - 
Слуга отвечает, — лишь только издох 
Любимый ваш сокол недавно». 

«Ах, бедный мой сокол! Он дорог был мне... 
Какой же с ним грех приключился?» 
— «Сидел он на вашем издохшем коне, 
Съел падаль и с жизнью простился». 

«Как, конь мой буланый? Неужели пал, 
Но как же погиб он, мой боже!» 
— «Когда под Николу ваш дом запылал, 
Сгорел вместе с домом он тоже». 

«Что слышу? Скажи мне, мой терем спален, 
Мой терем, где рос я, женился? 
Но как то случилось?» — «Да в день похорон 
В усадьбе пожар приключился»... 

«О, если тебе жизнь моя дорога, 
Скажи мне как брату, как другу: 
Кого ж хоронили?» — И молвил слуга: 
«Покойную вашу супругу». 

1868