1 

Лет… неизвестных он лет. 
Ясный как день, напомаженный, 
Ходит счастливый поэт, 
Словно амур переряженный; 
Смотрит на всех свысока... 
Барышни лет сорока 
Шлют ему с краской девической 
Вздохи любви платонической. 

2 

Кудри отбросив назад, 
В песне искусственно пламенной 
В каждой гостиной он рад 
Бросить свой стих отчеканенный, 
Нежа и сердце, и слух 
Пудрой затертых старух, 
Фатов, без дела скучающих, 
И старичков отцветающих. 

3 

Льется блестящий каскад, 
Звуки холодные, лживые... 
Блеском подобным горят 
Все бриллианты фальшивые. 
В зале молчанье царит, 
Только поэт говорит, 
Как он однажды в Неаполе 
С нимфой беседовал на поле. 

4 

Чуждый житейских тревог, 
Бредит он небом Италии, 
В песне не скажет — сапог, 
Скажет, наверно, — сандалии. 
В Рим переносит нас он: 
Образы римских матрон, 
Лес кипарисный и тополи... 
Все мы неистово топали - 

5 

В зале, когда он читал 
Стансы свои вдохновенные. 
Даже, я сам замечал, 
Лысины очень почтенные, 
В сани влезая с крыльца, 
Вслух поощряли певца: 
Скрыть не могли одобрения 
После публичного чтения. 

6 

Кончен парадный обед... 
Общество всё дожидается... 
Вот наконец сам поэт 
Из-за стола поднимается, 
Сделал классический жест 
(Публика больше не ест) 
И с грациозной свободою 
Вдруг разрешается одою. 

7 

Жалок отпетый творец... 
В прессе над ним насмехаются, 
Но не робеет певец: 
Им и теперь увлекаются - 
Барышни лет сорока, 
Два-три седых старика... 
И меж своими знакомыми 
Он осаждаем альбомами. 

1865