Все сказано на свете: 
Несказанного нет. 
Но вечно людям светит 
Несказанного свет. 

Торговец чучелами птиц 
Сегодня мне приснился: 
Трухой, как трубку табаком, 
Он дятла набивал. 
Желтела иволга в тени, 
Орел в углу пылился, 
И не дразнился попугай, 
И соловей молчал. 

Торговец чучелами птиц! 
Мне твой товар наскучил: 
Едва пером дотронусь я 
До трепетных страниц, 
Как вниз летят мои мечты 
На крыльях птичьих чучел, 
Когда хотели бы лететь 
В зенит — на крыльях птиц. 

Слова… Ищу их снова. 
И все не те, не те... 
Удар — и грянет слово, 
Как выстрел по мечте. 

… Рисует рожицы поэт, 
Круги, зигзаги чертит, 
Пока покажутся слова, 
Которых нет верней, 
И возле сомкнутого рта 
Перо в досаде вертит, 
Как в темноте 
Вертел бы ключ 
У запертых дверей. 

Порою шум из-за дверей 
Доносится неясный, 
И по ошибке этот шум 
Мы песнею зовем 
И утешаемся: «Пусть шум! 
Бывает шум прекрасный... 
Когда деревья в час ночной 
Шумят перед окном, - 

Нам видеть их не надо: 
У слуха тот же взгляд, 
А шум ночного сада 
Пышней, чем самый сад». 

Но, сделку с музой отогнав 
Затрещиной немою, 
Со звоном в позвоночнике, 
В тяжелой тишине, 
Сижу и чайной ложечкой 
Вычерпываю море, 
Чтобы достать жемчужину, 
Лежащую на дне. 

А море? Что ж!.. Мелеет... 
И вот уже белеет 
Сквозь воду тёмным-тёмную 
Морского дна песок. 
Нет, это ночь проходит. 
Нет, это ночь мелеет, 
И в ней белеет, как песок, 
Светающий восток. 

Но жемчуг мой со мною. 
Жемчужницы уста 
Концом ножа раскрою: 
Жемчужница… пуста. 

Ищу ее в снотворных днях, 
Ищу в ночах бессонных... 
В душе космический огонь, 
А на губах — зола. 
О плиты творческих могил, 
Бессмертьем раскаленных, 
Я, может быть, не всю ладонь, 
Но палец обожгла. 

И с той поры, и с той поры 
Глаза от боли жмурю... 
Всего лишь палец обожгла, 
А всей рукой трясу... 
Я вам несу мою мечту, 
Как одуванчик в бурю, 
И все боюсь — не донесу, 
Боюсь — не донесу. 

Все сказано на свете: 
Несказанного нет. 
Но вечно людям светит 
Несказанного свет.