Шурша узорчатою шиной 
На каждом толстом колесе, 
Неслась машина за машиной 
Через поселок по шоссе. 

А на веревке, с перепугу 
Тараща белые глаза, 
Как ножка циркуля, по кругу 
Сердито бегала коза. 

Она сердилась, что колонны 
Машин, бегущих из Москвы, 
Тревожат мир ее зеленый 
Ольховых веток и травы. 

Поэт, не будь козе подобен. 
Ты не коза, а человек. 
Так не сердись, что неудобен 
Индустриальный этот век. 

Летя дорогой задымленной, 
Вдали мы видим пред собой 
Большой и чистый мир зеленый, 
А над зеленым — голубой.