Из путевой тетради «По Англии» 

В субботний день среди движенья 
И предвоскресной суеты 
На взводы Армии спасенья 
Досужий люд разинул рты. 

В фуражке красной, в макинтоше, 
Довольно странном — до колен, 
Обходит круг и бьет в ладоши 
Уже спасенный джентльмен. 

А вот спасительницы-феи. 
Их шляпки сплюснуты у щек 
И крепко связаны на шее, 
Как повелел им их пророк. 

Зато их ленты цвета клюквы 
Так хороши, так манят взгляд; 
Зато на лентах этих буквы 
Так много сердцу говорят. 

Завыли трубы в отдаленье. 
Ударил грозный барабан. 
Запела Армия спасенья 
Псалом священный… иль канкан. 

Когда ж умолкли эти звуки, 
Раздался зов: «Иди — спасай». 
Оратор вышел, поднял руки 
И начал: «Был я негодяй. 

Я был подлец, я был мерзавец, 
Картежный шулер, донжуан... 
Кутил, обманывал красавиц, 
В воскресный день бывал я пьян, 

Я крал платки. Тянул и ложки, 
Когда случалось — кошельки, 
Браслеты, дамские сережки, 
Ларцы, шкатулки, сундуки... 

Отца зарезал, мать повесил. 
Я говорю: я был подлец, 
И был беспечен, волен, весел, 
Но наконец… Но наконец... 

Когда, казалось, мне спасенья 
Уже не будет в жизни сей, - 
Я вдруг услышал звуки пенья 
И порешил, что я злодей. 

Да, я — подлец и грешник тяжкий... 
Я наземь пал и весь дрожал, 
Но некто в форменной фуражке 
Меня, мерзавца, поддержал, 

Сказав: „Я также был мерзавцем, 
Но я покинул царство тьмы. 
Восстань — и будешь ты красавцем 
В такой фуражке, как и мы!“