Тянули жилы, жили-были, 
Не жили, не были нигде. 
Бетховен и Воронеж — или 
Один или другой — злодей. 

На базе мелких отношений 
Производили глухоту 
Семидесяти стульев тени 
На первомайском холоду. 

В театре публики лежало 
Не больше трех карандашей, 
И дирижер, стараясь мало, 
Казался чортом средь людей. 

1935