Не искушай чужих наречий, но постарайся их забыть: 
Ведь все равно ты не сумеешь стекло зубами укусить. 

О, как мучительно дается чужого клекота полет - 
За беззаконные восторги лихая плата стережет. 

Ведь умирающее тело и мыслящий бессмертный рот 
В последний раз перед разлукой чужое имя не спасет. 

Что, если Ариост и Тассо, обворожающие нас, 
Чудовища с лазурным мозгом и чешуей из влажных глаз? 

И в наказанье за гордыню, неисправимый звуколюб, 
Получишь уксусную губку ты для изменнических губ. 

Май 1933