Как парламент, жующий фронду, 
Вяло дышит огромный зал -- 
Не идет Гора на Жиронду, 
И не крепнет сословий вал. 

Оскорбленный и оскорбитель, 
Не звучит рояль-Голиаф -- 
Звуколюбец, душемутитель, 
Мирабо фортепьянных прав. 

Разве руки мои — кувалды? 
Десять пальцев — мой табунок! 
И вскочил, отряхая фалды, 
Мастер Генрих — конек-горбунок. 

............................. 

Чтобы в мире стало просторней, 
Ради сложности мировой, 
Не втирайте в клавиши корень 
Сладковатой груши земной. 

Чтоб смолою соната джина 
Проступила из позвонков, 
Нюренбергская есть пружина, 
Выпрямляющая мертвецов. 

16 апреля 1931