Мой ритм заглох. Живу, как перед казнью.- 
Бессмысленно гляжу на белый свет, 
Про всё забыв… И строчка в строчке вязнет. 
Не светятся слова — в них связи нет. 

Где ж эта связь? Иль впрямь лишь сам собою 
Я занят был, бунтуя и кляня... 
А связей — нет. И, значит, впрямь пустое 
Всё, чем я жил, 
за что убьют меня. 

А смерть грозит. Грозит кровопролитье. 
Оно придёт — пиши иль не пиши. 
Какой тут ритм! Кому нужны открытья 
Подспудных связей жизни и души? 

Все связи — рвутся. Всем — грозит стихия. 
Российский бунт несёт не свет, а тьму... 
Пусть даже Бог опять спасёт Россию, 
Коль этот труд не надоел Ему. 

Пусть даже вновь потом откроют право... 
Нет ритма. Вижу кровь, а не зарю. 
И не живу. 
Как кролик на удава, 
Глаз не сводя, в грядущее смотрю. 

1962