Не страшна мне, добру молодцу, 
Волга-матушка широкая, 
Леса тёмные, дремучие, 
Вьюги зимние-крещенские... 

Уж как было: по тёмным лесам 
Пировал я зимы круглые; 
По чужим краям, на свой талан, 
Погулял я, поохотился. 

А по Волге, моей матушке, 
По родимой, по кормилице, 
Вместью с братьями за д«обычью 
На край света летал соколом. 

Но не Волга, леса тёмные, 
Вьюги зимние-крещенские 
Погубили мою голову, 
Сокрушили мочь железную... 

В некрещёном, славном городе, 
На крутом, высоком острове 
Живёт девушка-красавица, 
Дочка гостя новгородскова... 

Она в тереме, что зорюшка, 
Под окном сидит растворенным, 
Поёт песни задушевные, 
Наши братские-отцовские. 

«Ах, душа ль моя ты, душенька! 
Что сидишь ты? Что ты думаешь? 
Али речи мои не по сердцу? 
Али батюшка спесивится?. 

Не сиди, не плачь; ты кинь отца; 
Ты беги ко мне из терема; 
Мы с тобою, птицы вольные, 
Жить поедем в Москву красную». 

1838