Лягушатило пруд захудалистый, 
булькотела гармонь у ворот. 
По деревне, с утра напивалистый, 
дотемна гулеванил народ. 
В луже хрюкало свинство щетинисто, 
стадо вымисто перло с лугов. 
Пастушок загинал матерщинисто, 
аж испужно шатало коров. 
Я седалил у тына развалисто 
и стихи горлопанил им вслед. 
На меня близоручил мигалисто 
Мой родной глухоманистый дед. 
– Хорошо! – бормотал он гундосово, 
ощербатя беззубистый рот. – 
Только оченно уж стоеросово, 
да иначе и быть не могет… 

1979