Идут белые снеги, 
a по-русски снега. 
Это значит, на свете 
наступила зима. 
Тянет снег свою лямку, 
а она все звенит. 
Я сижу размышляю: 
чем же я знаменит? 
Вот гляжу я на стенку, 
нет на ней ничего… 
Вспоминаю я Стеньку 
ни с того ни с сего. 
Весь от гордости синий, 
осознал я в борьбе, 
что любил я Россию, 
как искусство, в себе! 
И еще (уж простите!) 
понимаю, скорбя, 
что любил я в России 
большей частью себя. 
Но понять я не в силе, 
все на свете кляня, 
то ли я для России, 
то ль она для меня… 
Грозовые раскаты, 
но я их не боюсь… 
Я ведь быстро раскаюсь, 
если вдруг ошибусь. 
И Россия блаженно 
шепчет, слез не тая: 
если будешь ты, Женя, 
значит, буду и я! 

1975