РУССКИЕ ПЛАЧИ 

На лесные урочища,  
На степные берлоги  
Шли Олеговы полчища  
По дремучей дороге.  
И на марш этот глядючи,  
В окаянном бессильи,  
В голос плакали вятичи,  
Что не стало России!  
Ах, Россия, Рассея – 
Ни конца, ни спасенья! 

И живые, и мертвые,  
Все молчат, как немые,  
Мы, Иваны Четвертые –  
Место лобное в мыле!  
Лишь босой да уродливый,  
Рот беззубый разиня,  
Плакал в церкви юродивый,  
Что пропала Россия! Ах,  
Россия, Рассея – 
Все пророки босые! 

Горькой горестью мечены  
Наши тихие плачи –  
От Петровской неметчины  
До нагайки казачьей!  
Птица вещая – троечка,  
Тряска вечная, чертова!  
Не смущаясь ни столечка,  
Объявилась ты, троечка,  
Чрезвычайной в Лефортово!  
Ах, Россия, Рассея – 
Чем набат не веселье!? 

Что ни год – лихолетье,  
Что ни враль, то Мессия!  
Плачет тысячелетие  
По России – Россия! 
Выкликает проклятия… 

А попробуй, спроси –  
Да была ль она, братие, 
Эта Русь на Руси? 

Эта – с щедрыми нивами,  
Где родятся счастливыми  
И отходят в смиреньи.  
Где как лебеди – девицы,  
Где под ласковым небом  
Каждый с каждым поделится 
Божьим словом и хлебом. 

…Листья капают с деревца  
В безмятежные воды,  
И звенят, как метелица,  
Над землей хороводы,  
А за прялкой беседы,  
На крыльце полосатом,  
Старики-домоседы,  
Знай, дымят самосадом.  
Осень в золото набрана, 
Как икона в оклад… 

Значит все это наврано,  
Лишь бы в рифму да в лад?!  
Чтоб, как птицы на дереве,  
Затихали в грозу,  
Чтоб не знали, но верили  
И роняли слезу,  
Чтоб начальничкам кланялись,  
За дареную пядь,  
Чтоб грешили и каялись, 
И грешили опять?. 

То ли сын, то ли пасынок,  
То ли вор, то ли князь –  
Разомлев от побасенок,  
Тычешь каждого в грязь!  
Переполнена скверною  
От покрышки до дна…  
Но ведь где-то, наверное, 
Существует – Она?! 

Та – с привольными нивами,  
Та – в кипеньи сирени,  
Где родятся счастливыми 
И отходят в смиреньи… 

Птица вещая, троечка,  
Буйный свист под крылом!  
Птица, искорка, точечка  
В бездорожьи глухом.  
Я молю тебя: – Выдюжи!  
Будь и в тленьи живой,  
Что б хоть в сердце, как в Китеже, 
Слышать благовест твой!…