Я что-то часто замечаю, 
к чьему-то, видно, торжеству, 
что я рассыпанно мечтаю, 
что я растрепанно живу. 
Среди совсем нестрашных с виду 
полужеланий, 
получувств 
щемит: 
неужто я не выйду, 
неужто я не получусь? 
Меня тревожит встреч напрасность, 
что и ни сердцу, ни уму,  
и та не праздничность,  
а праздность,  
в моем гостящая дому, 
и недоверье к многим книжкам,  
и в настроеньях разнобой, 
и подозрительное слишком 
неупоение собой... 

Со всем, чем раньше жил, порву я,  
забуду разную беду, 
на землю, теплую, 
парную, 
раскинув руки, 
упаду. 
О мой ровесник, 
друг мой верный! 
Моя судьба —  
в твоей судьбе. 
Давай же будем откровенны 
и скажем правду о себе. 
Тревоги наши вместе сложим, 
себе расскажем и другим,  
какими быть уже не можем,  
какими быть уже хотим. 
Жалеть не будем об утрате, 
самодовольсиво разлюбя. 

Завязывается  
характер 
с тревоги первой за себя. 

1967