В ответ Эдуарду Слонскому 

I 

Да, Польша есть! Кто сомневаться может? 
Она — жива, как в лучшие века. 
Пусть ей грозила сильного рука, 
Живой народ чья сила уничтожит? 

И верь, наш брат! твой долгий искус прожит! 
Тройного рабства цепь была тяжка, 
Но та Победа, что теперь близка, 
Венца разбитого обломки сложит! 

Не нам забыть, как ты, в тревожный час, 
Когда враги, спеша, теснили нас, 
Встал с нами рядом, с братом брат в отчизне! 
И не скорби, что яростью войны 
Поля изрыты, веси сожжены, - 
Щедр урожай под солнцем новой жизни! 

II 

Да, Польша есть! Но все ж не потому, 
Что приняла, как витязь, вызов ратный, 
Что стойко билась, в распре необъятной, 
Грозя врагу — славян и своему. 

Но потому, что блещет беззакатный 
Над нею день, гоня победно тьму; 
Что слово «Польша», речью всем понятной, 
Гласит так много сердцу и уму! 

Ты есть — затем, что есть твои поэты, 
Что жив твой дух, дух творческих начал, 
Что ты хранишь свой вечный идеал, 
Что ты во мгле упорно теплишь светы, 
Что в музыке, сроднившей племена, 
Ты — страстная, поющая струна! 

22 — 23 мая 1915