[Illa in alvo - 
Она имеет во чреве (лат.)] 

Ее движенья непроворны, 
Она ступает тяжело, 
Неся сосуд нерукотворный, 
В который небо снизошло. 

Святому таинству причастна 
И той причастностью горда, 
Она по-новому прекрасна, 
Вне вожделений, вне стыда. 

В ночь наслажденья, в миг объятья, 
Когда душа была пьяна, 
Свершилась истина зачатья, 
О чем не ведала она! 

В изнеможеньи и в истоме 
Она спала без грез, без сил, 
Но, как в эфирном водоеме, 
В ней целый мир уже почил. 

Ты знал ее меж содроганий 
И думал, что она твоя... 
И вот она с безвестной грани 
Приносит тайну бытия! 

Когда мужчина встал от роковой постели, 
Он отрывает вдруг себя от чар ночных, 
Дневные яркости на нем отяготели, 
И он бежит в огне — лучей дневных. 

Как пахарь бросил он зиждительное семя, 
Он снова жаждет дня, чтоб снова изнемочь, - 
Ее ж из рук своих освобождает Время, 
На много месяцев владеет ею Ночь! 

Ночь — Тайна — Мрак — Неведомое — Чудо, 
Нам непонятное, что приняла она... 
Была любовь и миг, иль только трепет блуда, - 
И вновь вселенная в душе воплощена! 

Ребекка! Лия! мать! с любовью или злобой 
Сокрытый плод нося, ты служишь, как раба, 
Но труд ответственный дала тебе судьба: 
Ты охраняешь мир таинственной утробой. 

В ней сберегаешь ты прошедшие века, 
Которые преемственностью живы, 
Лелеешь юности красивые порывы 
И мудрое молчанье старика. 

Пространство, время, мысль — вмещаешь дважды ты, 
Вмещаешь и даешь им новое теченье: 
Ты, женщина, ценой деторожденья 
Удерживаешь нас у грани темноты! 

Неси, о мать, свой плод! внемли глубокой дрожи, 
Таи дитя, оберегай, питай 
И после, в срочный час, припав на ложе, 
Яви земле опять воскресший май! 

Свершилось, Сон недавний явен, 
Миг вожделенья воплощен: 
С тобой твой сын пред богом равен, 
Как ты сама — бессмертен он! 

Что была свято, что преступно, 
Что соблазняло мысль твою, 
Ему открыто и доступно, 
И он как первенец в раю. 

Чтб пережито — не вернется, 
Берем мы миги, их губя! 
Ему же солнце улыбнется 
Лучом, погасшим для тебя! 

И снова будут чисты розы, 
И первой первая любовь! 
Людьми изведанные грезы 
Неведомыми станут вновь. 

И кто-то, сладкий яд объятья 
Вдохнув с дыханьем темноты 
(Быть может, также в час зачатья), 
В его руках уснет, как ты! 

Иди походкой непоспешной, 
Неси священный свой сосуд, 
В преддверьи каждой ночи грешной 
Два ангела с мечами ждут. 

Спадут, как легкие одежды, 
Мгновенья радостей ночных. 
Иные, строгие надежды 
Откроются за тканью их. 

Она покров заветной тайны, 
Сокрытой в явности веков, 
Но неземной, необычайный, 
Огнем пронизанный покров. 

Прими его, покрой главу им, 
И в сумраке его молись, 
И верь под страстным поцелуем, 
Что в небе глубь и в бездне высь! 

Июль 1902