Я обнял эти плечи и взглянул 
на то, что оказалось за спиною, 
и увидал, что выдвинутый стул 
сливался с освещенною стеною. 
Был в лампочке повышенный накал, 
невыгодный для мебели истертой, 
и потому диван в углу сверкал 
коричневою кожей, словно желтой. 
Стол пустовал. Поблескивал паркет. 
Темнела печка. В раме запыленной 
застыл пейзаж. И лишь один буфет 
казался мне тогда одушевленным. 

Но мотылек по комнате кружил, 
и он мой взгляд с недвижимости сдвинул. 
И если призрак здесь когда-то жил, 
то он покинул этот дом. Покинул. 

2 февраля 1962