Кто там сидит у окна на зеленом стуле? 
Платье его в беспорядке, и в мыслях — сажа. 
В глазах цвета бесцельной пули -- 
готовность к любой перемене в судьбе пейзажа. 

Всюду — жертвы барометра. Не дожидаясь залпа, 
царства рушатся сами, красное на исходе. 
Мы все теперь за границей, и если завтра 
война, я куплю бескозырку, чтоб не служить в пехоте. 

Мы знаем, что мы на севере. За полночь гроздь рябины 
озаряет наличник осиротевшей дачи. 
И пусть вы — трижды Гирей, но лицо рабыни, 
взявшись ее покрыть, не разглядеть иначе. 

И постоянно накрапывает, точно природа мозгу 
хочет что-то сообщить; но, чтоб не портить крови, 
шепчет на местном наречьи. А ежели это — Морзе, 
кто его расшифрует, если не шифер кровли? 

1994