Мой друг! не удивись, что в пахотной работе, 
Без светских пышностей, без славы, без чинов, 
Питая свой живот в смирении и в поте, 
И несколько минут покоясь от трудов, 
По неким чувствиям и некакой охоте, 
Отважился писать я несколько стихов. 
Не удивись, когда в усталости над плугом, 
Не зная, как тебя назвать и отличать, 
В мужицкой простоте зову тебя я другом, 
Чтоб трудным вымыслом тебя не величать. 
Мой друг! я ведаю, хоть носишь платье цветно, 
Хоть золотом обшит от головы до ног, 
Хоть счастие твое другим всегда приметно, 
Ты редко с лаврами покоиться возмог. 
И может быть, что я, в миру с моим соседом, 
Большею частию трудяся для себя, 
Спокоен спать ложась, доволен за обедом, 
Почасту нахожу счастливее тебя; 
В сей участи меня никто не обижает; 
И зависть самая молчит, узря мой труд; 
Никто меня, мой друг, никто не унижает, 
По воле ль дань плачу или с меня берут, 
Всегда моя рука другого снабдевает, 
И люди обо мне напрасного не врут. 
Я дал оброк и всё, и подать государю, 
Я дал и рекрута и к рекруту коня; 
И в доме я теперь покойно репу парю, 
Хоть знаю, что еще попросят от меня. 
Ты знаешь, что мой сын в войне два года служит 
И ходит, говорят, с простреленной ногой; 
Однако с турками воюет и не тужит, 
Пока безногого не по]шлют на покой. 
Солдатски хлопоты, оброк и подать вдвое 
Не разоряют нас при добрых головах; 
Кони и рекруты — то дело нажитое, 
Удалые у нас ребята есть в домах. 
Готовы мы служить за правду и за веру, 
И, буде нужно, то готовы умереть. 
Ты, друг мой, служишь сам по нашему примеру, 
Случается и всем грудьми рожон переть, 
Иным пришло в живот, иным досталось в руку, 
У Марьи сватьина отшибли ногу прочь, 
Тарасьиным зятьям, племяннику и внуку 
Стесали головы, зашедши сзади в ночь. 
И сам ты близко был, как шли на нас татары, 
И сам ты жар терпел от ядер и от пуль; 
И если б не имел фузей запасной пары, 
Подчас отведал бы и сам свинцовых дуль. 
Солдатам страха нет и нет о том печали, 
Что турков к ним идет великое число, 
От смерти не бежим, от драки не устали, - 
Такое, брат, у всех военно ремесло. 
Да только я скажу тебе одно по дружбе, 
Коли смышлять о том тебе досуга нет: 
Мой ум не помрачен заботами о службе; 
Я, сидя на печи, спокойней вижу свет, 
Смышляю иногда, что много ты потеешь, 
Но нет тебе, мой друг, покоя никогда; 
Ты грамоте горазд и дело разумеешь, 
Почто ж о мире ты не пишешь никуда? 
Не всё«то дракою, не всё творится боем: 
Имеешь разум ты, и слово, и язык; 
Не всё»то города берутся крепким строем, 
Не всё«то меж людьми по силе ты велик. 
Почто не пишешь ты к турецкому султану 
Примерно так, мой друг, как я к тебе пишу? 
Подмогою тебе вперед служить я стану 
И здравия тебе у Господа прошу. 

1789