Истлевают звуки в эфире,  
И заря притворилась тьмой.  
В навсегда онемевшем мире  
Два лишь голоса: твой и мой.  
И под ветер незримых Ладог,  
Сквозь почти колокольный звон,  
В легкий блеск перекрестных радуг 
Разговор ночной превращен.  

20 декабря 1945