Встану я в утро туманное,
Солнце ударит в лицо.
Ты ли, подруга желанная,

Вам одеваться было лень,
И было лень вставать из кресел.
— А каждый Ваш грядущий день

В первой любила ты
Первенство красоты,
Кудри с налётом хны,

Вы счастливы? — Не скажете! Едва ли!
И лучше — пусть!
Вы слишком многих, мнится, целовали,

Повторю в канун разлуки,
Под конец любви,
Что любила эти руки

Дверь общежитья… сумрак… поздний час. 
Она спешит, летит по коридору, 
Способная сейчас и пол и штору 

Анне Ланиной  

О весенние сны в дортуаре, 

Сини подмосковные холмы,
В воздухе чуть тёплом — пыль и дёготь.
Сплю весь день, весь день смеюсь, — должно

Три женщины, грязные, пьяные,
Обнявшись, идут и шатаются.
Дрожат колокольни туманные,

Хочу у зеркала, где муть
И сон туманящий,
Я выпытать — куда Вам путь

Могу ли не вспоминать я
Тот запах White-Rose и чая,
И севрские фигурки

Жалобно в лесу кричит кукушка
О любви, о скорби неизбежной…
Обнялась с подружкою подружка

Вспомяните: всех голов мне дороже
Волосок один с моей головы.
И идите себе… — Вы тоже,

В последний раз твой образ милый
Дерзаю мысленно ласкать,
Будить мечту сердечной силой

Всей душой хочу я счастья для подруг твоих!
Вот бы замуж поскорее, что ли, выдать их!
Сколько с ними ты проводишь золотых часов,

Ночью над кофейной гущей
Плачет, глядя на Восток.
Рот невинен и распущен,

Белые ночи — сплошное «быть может»...
Светится что-то и странно тревожит —
может быть, солнце, а может, луна.

Одна красивая торговка
с цветком в косе, в расцвете лет,
походкой легкой, гибко, ловко

Две подружки - Варя с Верой
Это коллекционеры.

У подружек в двух альбомах

Свободно шея поднята,
Как молодой побег.
Кто скажет имя, кто — лета,