Ленинградскую беду
Руками не разведу,
Слезами не смою,

Сжала руки под тёмной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого, что я терпкой печалью

Ах, дверь не запирала я,
Не зажигала свеч,
Не знаешь, как, усталая,

Мне ни к чему одические рати
И прелесть элегических затей.
По мне, в стихах все быть должно некстати,

Птицы смерти в зените стоят.
Кто идет выручать Ленинград?

Не шумите вокруг — он дышит,

Я и плакала и каялась,
Хоть бы с неба грянул гром!
Сердце темное измаялось

Стоит на небе месяц, чуть живой,
Средь облаков струящихся и мелких,
И у дворца угрюмый часовой

Приходи на меня посмотреть.
Приходи. Я живая. Мне больно.
Этих рук никому не согреть,

Был блаженной моей колыбелью
Темный город у грозной реки
И торжественной брачной постелью,

Мне голос был. Он звал утешно,
Он говорил: «Иди сюда,
Оставь свой край глухой и грешный,

Эта встреча никем не воспета,
И без песен печаль улеглась.
Наступило прохладное лето,

После ветра и мороза было
Любо мне погреться у огня.
Там за сердцем я не углядела

На пороге белом рая,
Оглянувшись, крикнул: "Жду!"
Завещал мне, умирая,

От любви твоей загадочной,
Как от боли, в крик кричу,
Стала желтой и припадочной,

Был он ревнивым, тревожным и нежным,
Как божье солнце, меня любил,
А чтобы она не запела о прежнем,

Отодвинув мечты и устав от идей, 
Жду зимы, как другие не ждут. 
Помнишь, ты обещал, что не будет дождей? 

За заставой воет шарманка,
Водят мишку, пляшет цыганка
На заплеванной мостовой.

Мальчик сказал мне: "Как это больно!"
И мальчика очень жаль.
Ещё так недавно он был довольным

Дал Ты мне молодость трудную.
Столько печали в пути.
Как же мне душу скудную

Древний город словно вымер,
Странен мой приезд.
Над рекой своей Владимир