Очарованье зимней ночи. 
Воспоминанье детских лет... 
Пожалуй, был бы путь короче 
И замело бы санный след. 

Но от заставы Ярославской 
До Норской фабрики, до нас,-  
Двенадцать верст морозной сказкой 
Под звездным небом в поздний час... 

Субботним вечером за нами 
Прислали тройку. Мы с сестрой 
Садимся в сани. Над санями 
Кружит снежинок легкий рой. 

Вот от дверей начальной школы 
Мы тронулись. На облучке —  
Знакомый кучер в долгополой 
Овчинной шубе, в башлыке. 

И вот уже столбы заставы, 
Ее двуглавые орлы. 
Большой больничный сад направо... 
Кусты черны, снега белы, 

Пустырь кругом, строенья редки. 
Темнее ночь, сильней мороз. 
Чуть светятся седые ветки 
Екатерининских берез. 

А лошади рысцою рядом 
Бегут… Почтенный коренник 
Солидно вскидывает задом. 
Он строг и честен, он старик. 

Бежит, бряцая селезенкой, 
Разумный конь, а с двух сторон 
Шалят пристяжки, как девчонки, 
Но их не замечает он. 

Звенит бубенчик над дугою, 
Поют полозья в тишине, 
Но что-то грезится другое 
В завороженном полусне. 

На горизонте лес зубчатый, 
Таинственный, волшебный лес. 
Там, в чаще — угол непочатый 
Видений, страхов и чудес. 

Вот королевич серым волком 
Подходит к замку на горе... 
Неверный свет скользит по елкам, 
По черным елкам с серебре. 

Спит королевна непробудно, 
И замок в чарах забытья. 
Самой себе признаться трудно,  
Что королевна — это я... 

Настоян на морозе воздух 
И крепок так, что не вздохнуть. 
И небо — в нелюдимых звездах, 
Чужая, нежилая жуть. 

Все на земле роднее, ближе. 
Вот телеграфные столбы 
Гудят все то же, а поди же,-  
Ведь это песни ворожбы. 

Неодолимая дорога 
В том звуке, ровном и густом... 
Но вот фабричные ворота, 
все ближе, ближе, ближе дом. 

Перед крылечком санный полоз 
раскатывается скользя. 
И слышен из прихожей голос, 
Который позабыть нельзя. 

1955