Давно от участья, от ласковой речи 
Меня отучило коварство людей. 
Слова их — отрава, лобзанья — картечи, 
Объятья — тяжелые груды цепей. 

Кто вырвал надежду из девственной груди? 
Кто день моей жизни во мрак погрузил? 
Все братья родные! всё люди да люди! 
Но видит всевышний, что я им не мстил. 

Я всё перенес! Мне ничто не обидно! 
Давайте мне больше тяжелых работ. 
Я труженик мира! я раб беззащитный!- 
Пусть ломятся кости! пусть льется мой пот! 

Я хитростных козней вражды не разрушу, 
Тяжелого бремя не сброшу с плечей: 
Пусть хлад отчужденья терзает мне душу, 
Пусть я забавляю моих палачей. 

Пускай всё отнимут — наперсники злости! 
Мне в голову камень — не сетую я! 
Мне в пищу обломок обглоданной кости, 
Покров погребальный — одежда моя! 

Не с острым кинжалом в карательной длани, 
Не с грозным укором на бледном челе,- 
С надеждой веселой под тучей страданий 
Я твердой стопою пройду по земле. 

Роптанья не вырвет мирская забота: 
Томиться я буду с улыбкой в устах, 
Чтоб каждая капля кровавого пота 
Блаженства зерном мне взошла в небесах!.. 

1847