Он лежит под навесом пурпурного ложа 
В бледно-розовом свете вечерних огней; 
Молодого чела золотистая кожа 
Оттеняется мраком глубоких очей. 
Смотрит Будда, как девы проносятся в пляске 
И вино из кувшинов серебряных льют; 
Вызывающий взор – полон огненной ласки; 
Ударяя в тимпан, баядеры поют. 
И зовут они к радостям неги беспечной 
Тех, кто молод, прекрасен, могуч и богат. 
Но, как звон погребальный, как стон бесконечный, 
Переливы тимпанов для Будды звучат: 
«Все стремится к разрушенью — 
Все миры и все века, 
Словно близится к паденью 
Необъятная река. 
Все живое смерть погубит, 
Все, что мило, – смерть возьмет. 
Кто любил тебя – разлюбит, 
Радость призраком мелькнет. 
Нет спасенья? Слава, счастье, 
И любовь, и красота — 
Исчезают, как в ненастье 
Яркой радуги цвета. 
Дух безумно к небу рвется, 
Плоть прикована к земле: 
Как пчела – в сосуде, бьется 
Человек в глубокой мгле!» 
Перед ложем царя баядеры плясали; 
Но для Будды звучал тот же грустный напев 
В этих гимнах, что жизнь и любовь прославляли, 
В тихой музыке струн, в нежном голосе дев: 
«В цвете жизни, в блеске счастья 
Вкруг тебя – толпы друзей. 
Сколько мнимого участья, 
Сколько ласковых речей! 
Но дохнет лишь старость злая, 
Розы юности губя, 
И друзья, как волчья стая, 
К новой жертве убегая, 
Отшатнутся от тебя. 
Ты, отверженный богами, 
Будешь нищ и одинок, 
Как покинутый стадами 
Солнцем выжженный поток. 
Словно дерево в пустыне, 
Опаленное грозой, 
В поздней, старческой кручине 
Ты поникнешь головой. 
И погрязнешь ты в заботе, 
В тине мелочных обид, 
Словно дряхлый слон в болоте, 
Всеми брошен и забыт. 
Что нам делать? Страсти, горе 
Губят тысячи людей, 
Как пожар – траву степей, 
И печаль растет, как море! 
Что нам делать? Меркнет ум, 
И толпимся мы без цели — 
Так испуганных газелей 
Гонит огненный самум!» 
Баядеры поют про надежды и счастье, 
Но напрасны тимпаны и лютни гремят; 
Как рыдающий ветер в ночное ненастье, 
Песни, полные жизни, для Будды звучат: 
«Близок страшный день возмездья: 
Задрожит земля и твердь, 
И потушит все созвездья 
Торжествующая смерть. 
Мир исчезнет, как зарница 
В полуночных небесах; 
Все, что есть, нам только снится, 
Вся природа – дым и прах! 
Наши радости – мгновенны, 
Как обманчивые сны, 
Как в пучине брызги пены, 
Как над морем блеск луны. 
Все желания, как сети, 
Как свеча для мотыльков: 
Мы кидаемся, как дети, 
За виденьем лживых снов. 
Страсти, нега, наслажденья — 
Никому и никогда 
Не приносят утоленья, 
Как соленая вода... 
Что нам делать? Где спаситель? 
Как защитника найти? 
Бодизатва-Утешитель! 
Пробил час, – пора идти! 
В этот пламень необъятный 
Мук, желаний и страстей 
Ты, как ливень благодатный, 
Слезы жалости пролей!..» 

1886