Лукавый бог любви, я вновь в твоей темнице... 
О пленник, покорись и воли не ищи: 
Все двери заперты, и отданы ключи 
Тюремщиком твоей безжалостной царице. 
Уже я был рабом, когда заметил плен. 
(Клянусь, – хотя никто не верит мне, я знаю) 
С усильем вырвавшись из-за тюремных стен, 
О них со вздохами, жалея, вспоминаю. 
К темнице так привык, что воли не хочу, 
И порванную цепь повсюду я влачу... 
Таким огнем любви горит мой взор унылый, 
Что, если бы теперь ты видела певца, 
Сказала бы: «Судя по бледности лица, 
Друзья, мне кажется, он на краю могилы». 

1893