Не наслаждение, не мука, 
Не вдохновение страстей, 
Удел живых – тупая скука, 
Пустое бремя лишних дней. 
Я не ропщу и не страдаю, 
Я к одиночеству привык: 
Часы, часы, я понимаю 
Ваш утомительный язык. 
На жизнь смотрю я хладнокровно, 
Где нет друзей и нет врагов. 
И бьется сердце ровно, ровно, 
Как сердце мертвое часов. 

31 августа 1895