Ты стоишь земли любимым сыном — 
здоровяк, со всех сторон хорош, 
и, насквозь пропахший керосином, 
землю по-сыновьему сосёшь. 
Взял её ты в буравы и свёрла, 
хорошо, вплотную, глубоко, 
и ползёт в нефтепровода горло 
чёрное густое молоко. 
Рваный ветер с моря, уйма вышек, 
горькая каспийская волна, 
ты свои четыре буквы выжег 
в книге Революции сполна. 
Ты стоишь — кормилец и поилец 
всех республик и всего и вся — 
Трактор из Путиловского вылез, 
в жилах молоко твоё неся. 
Ждет тебя земля одна шестая, 
СТО, ВСНХ, НКПС — 
наше сердце, наша кровь густая, 
наш Баку — ударник и боец. 
Полный ход. Старания утроим — 
затхлый пот, усталость — хоть бы хны… 
промысла АзНефти — строй за строем. 
Бухта Ильича, Сураханы. 
Сабунчи пригнули шею бычью — 
пусть подъём к социализму крут, 
вложим пятилетнюю добычу 
в трёхгодичный драгоценный труд. 
Пот соревнованья, поединка 
выльет нефтеносная земля — 
и закисла морда Детердинга — 
морда нефтяного короля. 
Он предвидит своего оплота 
грохот, а спасенье, как во сне, — 
бьёт ударных буровых работа, 
выше поднимающих АзНефть. 
Грохот неминуемого краха, 
смена декораций и ролей — 
бей, Баку, 
— мы за тобой без страха 
перережем к чёрту королей. 
Чтобы кверху вылетом набата, 
свернутой струёй подземных сил 
над тобой фонтан Биби-Эйбата 
торжество республик возносил. 

1930