Взлохмаченный, немытый и седой 
Прошел от Борисфена до Урала - 
И Русь легла громадной бороздой, 
Как тяжкий след его орала. 

А он присел на пашню у сохи, 
Десницей отирая капли пота, 
И поглядел: кругом серели мхи, 
Тянулись финские болота. 

Он повалил намокший темный стог 
Под голову, свернув его охапкой, 
И потянулся, и зевнул, и лег 
От моря к морю, и прикрылся шапкой. 

Он повод взял меж двух корявых лап, 
Решив соснуть не много и не мало. 
И захрапел. Под исполинский храп 
Его кобыла мирно задремала. 

Степным бурьяном, сорною травой 
От солнца скрыт, он дремлет век и боле. 
И не с его ли страшной головой 
Руслан сошелся в бранном поле? 

Ни дальний гром не нарушает сна, 
Ни птичий грай перед бедою, 
И трижды Русь легко оплетена 
Его зеленой бородою. 

1927