Чу! Вихорь пронесся по чистому полю! 
Чу! Крикнул орел в громовых облаках! 
О, дайте мне крылья! О, дайте мне волю! 
Мне тошно, мне душно в тяжелых стенах! 

Расти ли нагорному кедру в теплице, 
И красного солнца и бурь не видать; 
Дышать ли пигаргу свободно в темнице, 
И вихря не веять и тучи не рвать? 

Ни чувству простора! Ни сердцу свободы! 
Ни вольного лёту могучим крылам! 
Все мрачно! Все пусто! И юные годы 
Как цепи влачу я по чуждым полям. 

И утро заблещет, и вечер затлеет, 
Но горесть могилой на сердце лежит. 
А жатва на ниве душевной не зреет, 
И пламень небесный бессветно горит. 

О, долго ль стенать мне под тягостным гнетом? 
Когда полечу я на светлый восток? 
О, дайте мне волю! Орлиным полетом 
Я солнца б коснулся и пламя возжег. 

Я б реял в зефире, я б мчался с грозою 
И крылья разливом зари позлатил; 
Я жадно б упился небесной росою 
И ниву богатою жатвой покрыл. 

Но если бесплодно страдальца моленье, 
Но если им чуждо желанье души, - 
Мой гений-хранитель, подай мне терпенье, 
Иль пламень небесный во мне потуши! 

1835, октябрь