Тоска по родине! Давно 
Разоблаченная морока! 
Мне совершенно все равно -- 
Где совершенно одинокой 

Быть, по каким камням домой 
Брести с кошелкою базарной 
В дом, и не знающий, что — мой, 
Как госпиталь или казарма. 

Мне все равно, каких среди 
Лиц ощетиниваться пленным 
Львом, из какой людской среды 
Быть вытесненной — непременно -- 

В себя, в единоличье чувств. 
Камчатским медведем без льдины 
Где не ужиться (и не тщусь!), 
Где унижаться — мне едино. 

Не обольщусь и языком 
Родным, его призывом млечным. 
Мне безразлично — на каком 
Непонимаемой быть встречным! 

(Читателем, газетных тонн 
Глотателем, доильцем сплетен...) 
Двадцатого столетья — он, 
А я — до всякого столетья! 

Остолбеневши, как бревно, 
Оставшееся от аллеи, 
Мне всe — равны, мне всe — равно, 
И, может быть, всего равнее -- 

Роднее бывшее — всего. 
Все признаки с меня, все меты, 
Все даты — как рукой сняло: 
Душа, родившаяся — где-то. 

Так край меня не уберег 
Мой, что и самый зоркий сыщик 
Вдоль всей души, всей — поперек! 
Родимого пятна не сыщет! 

Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст, 
И все — равно, и все — едино. 
Но если по дороге — куст 
Встает, особенно — рябина... 

3 мая 1934