Не туман белеет в темной роще, 
Ходит в темной роще богоматерь, 
По зеленым взгорьям, по долинам 
Собирает к ночи божьи травы. 

Только вечер им остался сроку, 
Да и то уж солнце на исходе: 
Застят ели черной хвоей запад, 
Золотой иконостас заката... 

Уж в долинах сыро, пали тени, 
Уж луга синеют, пали росы, 
Пахнет под росою медуница, 
Золотой венец по роще светит. 

Как туман, бела ее одежда, 
Голубые очи точно звезды, 
Соберет она цветы и травы 
И снесет их к божьему престолу. 

Скоро ночь — им только ночь осталась, 
А наутро срежут их косами, 
А не срежут — солнце сгубит зноем. 
Так и скажет сыну богоматерь: 

«Погляди, возлюбленное чадо, 
Как земля цвела и красовалась! 
Да недолог век земным утехам: 
В мире Смерть, она и Жизнью правит». 

Но Христос ей молвит: «Мать! не солнце, 
Только землю тьма ночная кроет: 
Смерть не семя губит, а срезает 
Лишь цветы от семени земного. 

И земное семя не иссякнет. 
Скосит Смерть — Любовь опять посеет. 
Радуйся, Любимая! Ты будешь 
Утешаться до скончанья века!» 

1903