Когда я, юношей, в твоих стихах мятежных 
Впервые расслыхал шум жизни мировой: 
От гула поездов до стона волн прибрежных, 
От утренних гудков до воплей безнадежных 
Покинутых полей, от песни роковой 
Столиц ликующих до властного напева 
Раздумий, что в тиши поют нам мудрецы, 
Бросающие хлеб невидимого сева 
На ниве жизненной во все ее концы, - 
Я вдруг почувствовал, как страшно необъятен 
Весь мир передо мной, и ужаснулся я 
Громадности Земли, и вдруг мне стал понятен 
Смысл нашего пути среди туманных пятен, 
Смысл наших малых распрь в пучине бытия! 
Верхарн! ты различил «властительные ритмы» 
В нестройном хаосе гудящих голосов. 

1913