Ты забыла деревню, затерянную в болотах 
залесенной губернии, где чучел на огородах 
отродясь не держат — не те там злаки, 
и доро«гой тоже все гати да буераки. 
Баба Настя, поди, померла, и Пестерев жив едва ли, 
а как жив, то пьяный сидит в подвале, 
либо ладит из спинки нашей кровати что-то, 
говорят, калитку, не то ворота. 
А зимой там колют дрова и сидят на репе, 
и звезда моргает от дыма в морозном небе. 
И не в ситцах в окне невеста, а праздник пыли 
да пустое место, где мы любили. 

1975