Я так молилась: «Утоли 
Глухую жажду песнопенья!» 
Но нет земному от земли 
И не было освобожденья. 

Как дым от жертвы, что не мог 
Взлететь к престолу Сил и Славы, 
А только стелется у ног, 
Молитвенно целуя травы, - 

Так я, Господь, простерта ниц: 
Коснется ли огонь небесный 
Моих сомкнувшихся ресниц 
И немоты моей чудесной? 

1913