В день празднества, в час майского дождя, 
в миг соловьиных просьб и повелений, 
когда давно уж выросло дитя, 
рожденное порой послевоенной, 
когда разросся в небе фейерверк, 
как взрыв сирени бел, лилов и розов,- 
вдруг поглядит в былое человек 
и взгляд его становится серьезен. 
Есть взгляд такой, такая тень чела - 
чем дальше смотришь, тем зрачок влажнее. 
То память о войне, величина 
раздумья и догадка — неужели 
я видела тот май, что превзошел 
иные маи и доныне прочен? 
Крик радости в уста, слезу в зрачок 
вписал его неимоверный почерк. 
На площади, чья древняя краса 
краснеет без изъяна и пробела, 
исторгнув думу, прянул в небеса 
вздох всей земли и всех людей — Победа! 

1965