Сегодня сон мне снился злой-презлой: 
Как будто я строю в былой квартире 
И в этом моем бывшем микромире 
Опять гремит неукротимый бой. 

Здесь, в этом доме много-много лет 
Меня хитро и хищно обирали, 
Мне с кем угодно вечно изменяли 
И лгали так, что даже гаснул свет. 

И вот сегодня — новая гроза! 
И женщина, красивая и злая, 
Сощурив близорукие глаза, 
Кричит, себя нарочно распаляя! 

Она кричит, чтоб совесть заглушить, 
Чтоб оправдать хмельные похожденья, 
Запрятать, скрыть любые прегрешенья 
И вообще чтобы не дать мне жить. 

А я не отвечаю. Не хочу. 
Все это абсолютно бесполезно. 
Я лишь в кулак собрал себя железно, 
Сижу, курю и холодно молчу... 

В гостиной буря и посудный звон, 
Грохочет стул в падении свободном... 
И вдруг внезапно ожил телефон 
Заливистым звонком междугородным. 

— Алло! Вас вызывает Сахалин! - 
И голос твой… из тысяч узнаваем: 
— Ну, здравствуй, здравствуй! Ты сейчас один? 
Как жизнь? И вообще о чем скучаем? 

Читала здесь стихи твои сейчас, 
Тебя тут знают, как в Москве, не меньше, 
Народу — негде яблоку упасть! 
В глазах восторг, особенно у женщин! 

Постой, постой! Я что-то не пойму: 
Тебя мои слова не окрыляют? 
А голос невеселый почему? 
Неужто снова молнии сверкают? 

Отсюда я — в Хабаровск и Читу. 
Но если хочешь, сокращу гастроли 
И прилечу быстрей, чем верет в поле, 
Примчусь, переоденусь и приду? 

— Спасибо! — говорю. — Держусь как барс. 
Трудись спокойно. Нервничать не будем. 
Читай мои стихи хорошим людям. 
Ведь ты и так со мною всякий час! - 

Кладу спокойно трубку на рычаг 
И вновь упрямо — к пишущей машинке. 
А за стеной кипит скандальный мрак 
И брань гремит похлеще, чем на рынке. 

Да, здесь любому предадут врагу! 
И чем ты лучше, тем измены злее! 
Вдруг чувствую: я больше не могу! 
И сброшу эту тиранию с шеи! 

Довольно! Тихо! Хватит! Пробил час! 
От гнева я почти что задыхаюсь. 
— Я ухожу! Немедленно! Сейчас! 
Встаю. Толкаю дверь… и… просыпаюсь... 

Распахнутые окна смотрят в сад... 
Листва шуршит под ветром спозаранку. 
В цветочный погружаясь аромат, 
Свистит на флейте звонкая зарянка... 

Стрижи в три черных молнии взвились 
И режут утро, слившись с синевою. 
А две рябинки юных обнялись 
И кружат вальс над розовой рекою. 

И среди этой дачной красоты 
Я вновь живу, от гнева отрешаясь! 
А рядом — ты… А рядом дышишь ты, 
Во сне чему-то тихо улыбаясь. 

И как я рад, что кончилась «война», 
Что разорвал я дьявольские сети! 
Что ты давным-давно моя жена, 
И женщина, и друг, и все на свете... 

И полный этой доброй тишины, 
Живу я гордой жизнью человека. 
Пусть только вновь не снятся эти сны, 
От этих дней и до скончанья века!