В сирени тонет подмосковный вечер, 
Летят во тьму кометы поездов, 
И к лунным бликам тянутся навстречу 
Закинутые головы цветов. 

Над крышами, сгущая синеву, 
Торжественно горят тысячелетья... 
Раскинув крылья, утомленный ветер 
Планирует бесшумно на траву. 

Ты рядом. Подожди, не уходи! 
Ты и зима, и огненное лето! 
А вдруг уже не будет впереди 
Ни этих встреч, ни этого рассвета?! 

Прости, я знаю, чушь и ерунда! 
А впрочем, страхи и тебя терзают. 
Ведь если что-то дорого бывает, 
Везде и всюду чудится беда. 

Но коль сердец и рук не разомкнуть, 
Тогда долой все тучи и метели! 
Эх, нам сейчас с тобой бы где-нибудь, 
Обнявшись, прямо с палубы шагнуть 
На землю, не обжитую доселе! 

Но «шарик», к сожаленью, обитаем 
И вдаль и вширь по сушам и морям. 
Но мы — вдвоем и веры не теряем, 
Что все равно когда-нибудь слетаем 
К далеким и неведомым мирам. 

И вот однажды, счастьем озаренные, 
Мы выйдем на безвестный космодром, 
И будем там мы первыми влюбленными 
И первый факел радостно зажжем. 

Пошлем сигнал в далекое отечество 
И выпьем чашу в предрассветной мгле. 
Затем от нас начнется человечество, 
Как от Адама с Евой на Земле... 

Адам и Ева — жизнь наверняка: 
На сотни верст — ни споров, ни измены... 
Горят, пылают всполохи вселенной... 
Все это так и будет. А пока: 

В сирени тонет подмосковный вечер, 
Летят во тьму кометы поездов, 
И к лунным бликам тянутся навстречу 
Закинутые головы цветов. 

Пропел щегол над придорожной ивой, 
Струится с веток сумрак с тишиной... 
А на скамейке, тихий и счастливый, 
«Адам» целует «Еву» под луной. 

Комментарии

Популярные темы